Ніхто не забутий, ніщо не забуто

Дорогие ребята !

Вам, выбравшим нелегкий путь служения людям в экстремальных ситуациях мирного времени, когда героизм основан на добросовестности, умении, трудолюбии, надежности, ответствености за здоровье и жизнь спасаемых людей, хочу расказать о своем отце Чигереве Германе Александровиче,  скромном военном медике, лично знакомым с такими легендарными летчиками, как Кожедуб, Евстигнеев, Ателин, Мухин, Мудрецов, Ольховский, Жигуленков и другими не менее достойными людьми, пусть и не так отличившимися, но все силы отдавшими для победы над врагом и не сомнивающимися в этой победе, искренне любившими свою страну, воспитанные в интернациональной среде, сумевшими всю жизнь дорожить дружбой и сохранять эту дружбу. Их биографии очень похожи.

Мой папа родился 25 июня 1917 года в многодетной крестьянской семья в селе Норском рядом с Ярославлем. В 8 лет уже пахал с отцом землю, ведя лошадь под узды, умел запрягать ее. В 11 лет потерял мать, погибшую от удара молнии в поле, а в 13 лет лишился и отца. С 14 лет обучался рабочим професиям в ФЗУ, работал на Ярославском автозаводе слесарем, фрезеровщиком, токарем; позже уехал работать в г. Кинегиму и учится на рабфаке. Тогда государство создавало для способных и желающих учиться все условия для дальнейшего роста. На завод пришли агитаторы из Ленинградской военно-медицинской академии ( одно из старейших учебных заведений Российской империи) для набора слушателей из простой рабоче-крестьянской среды способной молодежи. Выдержав конкурс 17 человек на место,  он в сентябре 1938 года стал  учиться на военного врача. В финскую кампанию 39г. принимал участие в лечении раненых в госпитале. 21 июня 1941г. после сдачи последнего экзамена за 3-ий курс вечером с друзьями был на спектакле в театре. Утром 22 июня они поехали отдыхать в г. Петергоф, где в 10:00 часов узнали по  радио о начале ВОВ. Срочно возвратились в Ленинград в академию. Готовились к обороне города: рыли противотанковые рвы. Папе довелось с оружием защищать линию оборону в окопах, попутно оказывая медпомощь раненым в течении месяца.

 

Затем возобновились занятия на 4-ом курсе академии. При артобстрелах и бомбежках слушатели занимались эвакуацией больных и раненых в бомбоубежища из больниц  и госпиталей, сбрасывали с крыш и чердаков зажигательные бомбы.

В конце ноября 1941 года группу старшекурсников Академии по приказу Сталина эвакуировали через блокадное кольцо самолетом ЛИ-2 в г. Тихвин и приказали самостоятельно добираться до города Вологды и быть там 1 декабря 1941 года. Они группами по несколько человек добирались где поездом, где пешком, где попутными машинами, перевозившимися станки и оборудование из Ленинграда в тыл страны. С 1 декабря 1941 года по  первое января 1942 года из Вологды поезда везли будущих военврачей в Самарканд Узбекской ССР, где они потом учились по 8-10 часов ежедневно, чтобы скорей стать профессионалами и попасть на фронт. 12 мая 1942 папа окончил Академию и был послан в Москву на курсы военно-полевых хирургов в московский институт травматологии и ортопедии (сейчас просто дивуешься, как серьёзно и продумано, не смотря на тяжелые времена, организовано действовали люди в то время,   как ценилось качество обучения).

По окончанию с отличием курсов папа получил направление на Северо-Кавказский фронт (СКФ) в в/часть особого назначения (готовили разведчиков-диверсантов для работы в тылу врага) в г. Краснодар в составе которой участвовал в обороне Кавказа в качестве старшего врача, за что был награжден медалью «За оборону Кавказа». Позднее в декабре 1942 года часть расформировали и отец был назначен старшим врачом в 510-й батальон аэродромного обслуживания (БАО)  38-го района авиационного базирования 5-й Воздушной армии  (ст. Лазаревская, г. Геленджик, г. Краснодар). Затем в составе 514-го БАО участвовал в боевых действиях с апреля 1943 г. Передвигаясь  Краснодар – Кропоткин – Сталинград – Новый Оскол – Валуйки – Харьков (23 августа 1943 г.) с войсками 2-го Северо-Кавказского фронта, Воронежского, Степного фронтов  и 2-го Украинского фронта от Харькова – Полтава – Кременчуг – Кировоград – Винница – Бельцы – Унчены -  Яссы. Так перешли границу СССР и далее двигались по Румынии, Венгрии, Словакии.

Затрудняюсь изложить даты, так как черновик папиных воспоминаний оборвался на Яссах. Просто на фото его друга Станкевича видела пометки г. Кечкемеит и помню усные воспоминания родителей о заграничных впечатлениях.  

Папа был награжден орденом «Красный звезды» дважды, медалями «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За оборону Кавказа».

После войны он как кадровый военный продолжал служить в Военно-Воздушных Силах в городе Тирасполе, и откуда его в 1949 году послали служить в Германию, затем в 1953 г. Направили в морскую авиацию Краснознаменного Балтийского Флота в г. Быков Белорусской ССР в качестве старшего врача полка в звании майора м/с. В 1960 г. Мы выехали в новое место службы отца на крупнейшие авиабазы ТОФ морской авиации на Дальнем Востоке в поселок Монгохто г. Советской Гавани  Хабаровского края в качестве начальника медслужбы дивизии в звании полковника м/с.

В 1964 году отец демобилизовался и мы переехали в Харьков – город, который отец освобождал, где познакомился с мамой харьковчанкой в 1943 году, которая тоже ушла в армию после окончании оккупации. Они поженились после окончания войны.

Папе предлагали возглавить горздравотдел, но он предпочел просто лечить людей рядовым врачем. Он проработал до 87-летнего возвраста. Взяток некогда не брал у больных. Когда он умер, соседи сокрушались «Кто же нас будет бесплатно лечить?»

У него был 73-летний рабочий стаж и 63-летний – врачебный. Огромное количество, медалей, орденов. Но он ценил больше всего льбовь и уважение со стороны окружающих его людей, к которым тоже был очень добр. Инспектор военкомата рыдала, узнав о его смерти, повторяя «Таких людей светлых и чесных больше нет».

Мои родители не считали себя заслуженными людьми. В День Победы они всегда говорили, что славу надо отдать погибшим, а остаться в живых – это уже подарок судьбы. С этим письмом я передаю для ознакомления книгу «Крылатая гвардия» - мемуары однополчанина родителей Кирилла Евстигнеева с дарственной надписью моему отцу.

В этой книге между 64 и 65 страницей есть личный автограф Кожедуба, данный папе на встрече Дня Победы в Москве в 1983 году.

Отмечу, что всегда к скромному врачу эти ассы обращались по имени-отчеству, даже в 1945 году, когда он был молод.

Жалею, что при жизни отца не делала записи о его боевом пути. Быть может, главное что-то и ускользнуло.

Вы теперь живете в другом мире, где другие ценности в жизни. Поймете ли  вы правильно поколение дедов и прадедов?

 

Чигирева Людмила Германовна